Судебным приставом-исполнителем действия МУП «С.» квалифицированы как неисполнение должником исполнительного документа, содержащего требования неимущественного характера, связанные с обеспечением санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в срок, вновь установленный судебным приставом-исполнителем после вынесения постановления о наложении административного штрафа, ответственность за которое предусмотрена ч. 2.1 ст. 17.15 КоАП РФ.

Вместе с тем, судья, установив, что МУП «С.» нарушены требования природоохранного законодательства, сведений о нарушении МУП «С.» санитарно-эпидемиологических норм и правил не имеется, как и не имеется сведений о возложении на МУП «С.» обязанности по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения, пришел к выводу об отсутствии в действиях МУП «С.» объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2.1 ст. 17.15 КоАП РФ, и переквалифицировал действия МУП «С.» на ч. 2 ст. 17.15 КоАП РФ, указав на неисполнение МУП «С.» содержащегося в исполнительном документе требования неимущественного характера в срок, вновь установленный судебным приставом-исполнителем после наложения административного штрафа.

При назначении наказания судья учел обстоятельства дела, характер совершенного административного правонарушения, посягающего на институты государственной власти, имущественное и финансовое положение юридического лица, отсутствие отягчающих административную ответственность обстоятельств.